Главная \ Острая тема \ Еда как болезнь

Еда как болезнь

При булимии существует четкая схема — ребенок в период неконтролируемого, так называемого бычьего аппетита, съедает большое количество пищи, после испытывает стыд и отвращение к себе, а затем совершает процесс очистки (вызывание рвоты, прием слабительных или мочегонных препаратов). Этот цикл повторяется в течение недели несколько раз. Все вышеупомянутые манипуляции (приемы пищи и очистка) происходят тайно, поэтому родители, скорее всего, не замечают этого. Масса тела при булимии не меняется, нет резких перепадов в весе, как при анорексии. Булимия чаще возникает в период полового созревания (есть случаи, зарегистрированные в 7-8 лет, но чаще всего именно после 13 лет).

Признаки заболевания:

  • страх, тревога;
  • нарушения функций желудочно-кишечного тракта;
  • стоматологические проблемы, так как эмаль изъедается желудочным соком (из-за вызывания рвоты);
  • ребенок скрывает количество употребляемой пищи и отказывается от совместных приемов пищи;
  • после еды ребенок стремится уединиться;
  • недовольство собственным телом.

Компульсивные переедания - это периоды обжорства, когда человек не может контролировать прием пищи. После перееданий возникает чувство вины, из-за чего ребенок ест еще больше. В данном случае нет голодовок, диет, физических нагрузок, а только постоянно нарастающая масса тела.

Признаки заболевания:

  • увеличение веса;
  • недовольство собой, непринятие себя;
  • постоянные переедания;
  • страх, тревога (чем больше страх, тем больше ест).

Возможны случаи, когда эти заболевания встречаются у одного человека, но чаще всего они идут отдельно друг от друга.

Все три заболевания сопровождаются тревогой, напряжением, депрессивным состоянием и происходят на фоне внешний или внутренних конфликтов. Внешних — с различными социальными группами, внутренних — в семейных отношениям, личные переживания.

Лечение данных заболеваний основано на медикаментозной поддержке. Оно направлено на ослабление тревоги и депрессивных мыслей, затем идет психотерапия, налаживание социальных контактов и обстановки внутри семьи.

Страшнее всего, что данное поведение закрепляется, как стереотипное и, когда ребенок в этом состоянии находится очень длительное время, он уже не понимает, что его поведение ненормально и, более того, ущербно для здоровья. И в этом случае могут помочь только специалисты. В нашем лечебном учреждении в 2016 году три ребёнка получили лечение и реабилитацию по поводу пищевых расстройств, в 2017 году зарегистрировано тоже три случая».

Анастасия, 17 лет (пациент):

« Моя история начинается с того времени, как меня начали задевать в школе. Про меня распускали слухи, меня лично оскорбляли, и чаще всего это было именно из-за «лишнего веса», хотя только сейчас я осознаю, что у меня его никогда и не было. Именно тогда я начала задумываться о своём внешнем виде. Вскоре я познакомилась с девочкой, прошедшей превращение из милой полненькой красавицы в отрешенного, грустного и тощего человека, у которого внешне нельзя было даже определить половые признаки.

Именно она и рассказала мне про группы с всевозможными диетами и различные методы похудения. Я начала употреблять таблетки — слабительное, мочегонное, а затем я перешла на жесткие диеты, где можно было употреблять только плитку шоколада или жидкое на пятьсот калорий в день, голодание и прочее. Вот тогда у меня и начались проблемы, но на тот момент я этого не понимала. Я начала бояться еды, я считала каждую крупинку, искала в интернете калорийность минеральной воды и жвачек, я лишний раз не могла попить воду из-за боязни отечь. Еда вызывала у меня панику, а каждый поход в магазин с родителями был для меня адом, ведь я знала, что в магазине будет еда, и что после магазина родители обязательно зайдут куда-нибудь поесть. Из-за срывов с диет я начала наказывать себя — резать лезвием. Оставшиеся шрамы до сих пор напоминают мне об этом. Это была анорексия, продлившаяся около года, а затем на смену ей пришла булимия.

Я научилась вызывать рвоту. И тут начался ещё один нескончаемый круг, затянувшийся на целых два с половиной года. Я объедалась до темноты в глазах. Мне казалось, что у меня сейчас разорвёт желудок. Я тратила свои последние деньги на еду, чтобы потом спустить это все в унитаз в прямом смысле этого слова. А после я начала смешивать вызывание рвоты и приём слабительных. Мои дозы возросли сначала до 30-ти таблеток, а максимальной отметкой стало число 120. Я превышала дозировку в десятки раз, отчего всю ночь проводила с ознобом, обезвоживанием и тошнотой. Я падала в обмороки перед родителями, но говорила им, что я просто заболела. В каком-то смысле я им и не врала…

Параллельно булимии я все ещё пыталась похудеть. Приходилось выкидывать еду, чтобы создать иллюзию того, что я ем. Но лишь потом я поняла, что им это все равно. Родители заметили, что я сильно похудела, но посчитали, что это потому, что я стала меньше кушать и есть «якобы» более правильную пищу. Меня никогда не спрашивали о моем пищевом поведении. Моей поддержкой была лишь лучшая подруга, перед которой мне стыдно до сих пор. Я пыталась восстанавливаться несколько раз, но меня не хватало надолго, и я снова возвращалась к привычному образу жизни.

В плане ухудшения здоровья у меня была аменорея, отеки, проблемы с кишечником, а также то, что пища в желудке очень медленно переваривалась.

Сейчас я нахожусь на стадии реального восстановления и этому послужило несколько причин: Я захотела жить — мне надоело просто существовать. Мне надоело испытывать панику и тревогу из-за обычных приемов пищи. Надоело врать подруге и другим людям, что я ем. Надоели навязчивые мысли о еде. Я устала от подсчёта калорий, граммов, от весов, от измерительной ленты. Я устала плакать от своего отражения. Наверное, это было отчаяние, и именно оно подтолкнуло меня снова начать жить нормально».