дети и смерть

Какую часть завесы над этой тайной приоткрыть, а какую оставить тщательно задрапированной до поры до времени? Мы предлагаем вам познакомиться с тем, что об этом думают психологи.

 

Николай Козлов, известный психолог-практик, предлагает не драматизировать: «Жизнь прожита – компот выпит. Он даже не разлит, и чашка не разбилась, просто компот в чашке кончился. Да, компот был вкусен, но вы решаете плакать? Да, жизнь была прекрасна, но она кончилась. Вы решаете плакать? Выпив компот, я обычно не плачу, а встаю из-за стола с удовлетворением. Когда умирают любимые родители, любящие дети плачут. Но плачут они не об умерших родителях, они плачут о себе, лишившихся собственности и спонсоров внимания».

Детям может быть понятна аналогия с лампочкой: «Смерть – это очень просто. Человек родился. Человек умер. Это так же просто, как включили и выключили свет в комнате. Вот свет зажегся и осветил нам кусочек мира. Мы жили в его лучах. А потом свет погас». Важно потом добавить: погас на время.

Кому-то такая позиция может показаться циничной, но это явно честнее и правильнее по отношению к ребенку, чем втягивание его в драматические и ужасающие рассказы о том, «какая это жуткая трагедия», «как чудовищно, что все мы когда-то умрем» и т.д. Это не преувеличение: мне на самом деле встречались люди, находящие удовольствие в просмотре новостей с ДТП, убийствами и катастрофами в присутствии детей. При этом непременно звучали комментарии, эмоционально накаляющие атмосферу и постоянно акцентирующие внимание играющих ребят на происходящем: «Ой, вам же такое нельзя смотреть! Это же разрушит вашу психику!».

Впрочем, абсолютное отрицание явления и попытки полностью изолировать ребенка от информации о смерти – тоже большая ошибка. Хотят хоронить кота в коробке из-под обуви? Не запрещайте. Рыбка в аквариуме всплыла брюшком сверху? Не стоит говорить, что она заболела, и завтра снова поплывет. Объяснять конечность живого необходимо, вопрос лишь в том, чтобы делать это деликатно и выдавать информацию дозировано. При этом очень важно упомянуть, что со всеми нами это случится о-о-очень нескоро, через много-много лет, когда нам надоест жить…Бывает, что игра наскучила. Можно завершить эту партию. А потом родиться снова и сыграть еще!

 

Детский психолог Елена Николаева в своей книге «111 баек для детских психологов» пишет, что маленькие дети нуждаются в защите от понятия «смерть»: « В возрасте от трех до пяти лет у ребенка формируется защита против понятия смерть. Все случаи смерти он не соотносит с собой и принимает информацию без осознания временности собственной жизни. Деревенские дети проще воспринимают это явление, поскольку и рождения, и смерти происходят на глазах общины. Возможно, городским детям стоит сообщать о смерти близких, но не нужно показывать их тела. Все равно тело умершего слишком не похоже на живого и любимого ребенком человека. На этом же основании ребенок до 10 лет может не участвовать в похоронных мероприятиях. Но с ним можно позднее приходить на кладбище, чтобы вспоминать того, кто был так дорог».

Гораздо проще семьям, исповедующим ту или иную религию. Во всех религиях существует спокойное и взвешенное отношение к смерти, они располагают ответами на вопросы бытия, в них давно подобраны оптимальные формулировки для объяснения этой темы  детям.

 

 Я нашла нужные слова о смерти у любимого мною автора, врача-психотерапевта, психолога Владимира Леви. В предисловии к книге, посвященной этой важной теме ("Memento. Книга перехода"), он пишет: «Вы, наверное, не могли не заметить одну тихую, но важную особенность нашего словоупотребления: говоря о тех, кого мы знаем и любим и кого потеряли, стараемся не произносить слова "умер", "смерть". Говорим: ушел, уход, уход из жизни... Правильно говорим. Если уход – значит Куда-то. Если ушел – значит, не исчез, а переместился, ПЕРЕШЕЛ из одного помещения бытия в другое. Книга об этом – о Переходе..…В бессмертие души я не верю, я просто знаю, что оно есть, им работаю и живу».

В общем, интерпретаций и тональностей у этой темы множество, универсальных советов быть не может. Мне совершенно ясно только одно: то, как и что мы будем говорить своим детям о смерти, значительно важнее и сложнее всех вместе взятых бесед о пестиках и тычинках. Так что найдите время почитать авторов, которых мы вам рекомендуем, или же поищите другие книги, просто постарайтесь не быть застигнутыми врасплох вопросом: «Мам, а человек умирает и что, бац и все, его нету?»

 

 

А вот, что думают и говорят на эту тему сами маленькие философы.

 

Влад, 4 года
Разговаривает с бабушкой.
- А где дедушка?
- Он давно умер.
- Его положили в гроб?
- Да, его положили в гроб и закопали.
- А ты что, взяла лопатку и откопалась?

 

Маша, 5 лет

Пес разодрал маленького медвежонка игрушечного, которого ее мама всегда носила в сумке. Мама хотела эти огрызки выкинуть, но Маша ей сказала: "Мама, давай их сохраним! Когда ты умрешь, они будут напоминать о тебе". Неожиданно…

Маша:

- Мама, когда ты умрешь, где ты останешься?
- Нигде.
- Нет, неправильно, ты останешься у меня в душе и в сердце.

Арина, 6 лет

На похоронах бабушки.

- Мама, почему все так плачут? Я не понимаю…Бабушка же болела, ей было плохо, а теперь – посмотри, как хорошо. Ей больше не больно, и лицо такое спокойное. Вообще плакать в таком случае неправильно.

 

Ярослава, 6 лет

Узнала, что есть детские дома, где живут дети без родителей:

- Мама, а где их родители?

- Ну, некоторые из них умерли…

Задумчиво:

- Слушай, ты, подожди, не умирай, пока я маленькая…

 

Ира, 5 лет

Возвращается с похорон двоюродного деда, сообщает детям во дворе:

- А я никогда не умру! Я буду все время выраживаться, выраживаться…

 

Саша, 4 года

Саша на кладбище вместе с бабушкой и дедушкой. Внимательно разглядывает портреты в овальных рамках на памятниках.

- Бабушка, а это кто?

- Это мои мама и папа, твои прабабушка и прадедушка.

- Странно, они все тут есть, а тебя нет…

 

Данила, 5 лет

- Мама, а знаешь, что будет, когда наступит смерть и конец света?

-Не знаю. Никто не знает.

Почему никто? Я знаю. Будет белое-белое пространство, и там я висю. Иногда летаю, но без крыльев. Хорошо там и тихо так…Ну, в общем, то, что надо.